44cadb38     

Тендряков Владимир - На Блаженном Острове Коммунизма



Владимир Федорович ТЕНДРЯКОВ
НА БЛАЖЕННОМ ОСТРОВЕ КОММУНИЗМА
Слепая Фемида изощренно пошутила, предоставив Хрущеву расправиться со
Сталиным. Судьей палача стал человек, которого Сталин считал шутом.
Сталина я видел всего лишь раз в жизни - 7 ноября 1945 года, проходя
среди многих и многих людских тысяч по Красной площади мимо Мавзолея. Пом-
ню: поразили меня его маленький рост - вдавлен в трибуну по самую фуражку с
твердым околышем - и бескостно-дряхлый жест дедовской руки, вызывавший вул-
канический рев обезумевшей от восторга площади. Разумеется, и я обезумевше
вопил вместе со всеми...
Хрущева же я видел и слышал много раз, издалека и достаточно близко,
хотя лично, увы, не беседовал, не был допущен до рукопожатия.
Одна встреча, право же, стоит того, чтоб поведать о ней. Я тогда удос-
тоился чести провести день в коммунизме. Да, да, в том усиленно обещанном,
шумно прославляемом коммунизме, попасть в который никто из здравомыслящих
граждан нашей страны давным-давно уже не рассчитывает.
1
15 июля 1960 года. Мне позвонили из Правления Союза писателей:
- Просим зайти завтра в течение дня. Очень важное дело.
А так как Союз писателей, надо отдать ему должное, делами меня не об-
ременял, тем более важными, то я послушно заехал на улицу Воровского. Там
мне вручили конверт с праздничного вида билетом на лощеной бумаге, застави-
ли расписаться.
В билете значилось, что товарищ Тенков В. Ф. с супругой приглашаются
на встречу руководителей партии и правительства с деятелями науки и культу-
ры, просьба прибыть в 9 часов утра. На обратной стороне билета - схема
маршрута: по Каширскому шоссе, поворот на сто двадцатом километре, к совхо-
зу "Семеновскому"...
- Место в машине для вас оставить? - спросили меня.
Я пожелал остаться независимым:
- У меня своя машина.
У меня был видавший виды "Москвич", который я мыл в году раза по два -
по вдохновению или ради какого-нибудь исключительного случая вроде техос-
мотра. Встреча с правительством - случай тоже из ряда вон выходящий, и я
мысленно дал себе слово помыть машину.
Но не сдержал его: в тот день домой вернулся ночью, а утром встал,
когда стрелки часов перевалили за восемь, где уж тут мыть машину, сломя го-
лову надо нестись, чтоб если и опоздать, то не безбожно.
Я влез в свой единственный светлый костюм, вместе с женой сбежал к
своему неумытому "Москвичу", ринулся через Москву к Каширскому шоссе.
Тише едешь - дальше будешь, поспешишь - людей насмешишь... У меня веч-
ные нелады со столь мудрыми остережениями, а потому на выезде из Москвы ко-
варно спустил баллон. И я, скинув свой светлый, но удушающе плотный,жаркий,
что мужицкая поддевка, пиджак, кляня норовистую машину, правительственную
затею, самого себя и ни в чем не повинную жену, принялся на солнцепеке ме-
нять заскорузлое от грязи колесо. А мимо по шоссе скользили, отливая безуп-
речной полировкой, черные "ЗИЛы" и монументальные "Чайки" - еще не примель-
кавшаяся новинка тех лет, - все они, разумеется, спешили туда, куда спешил
и я.
Наконец колесо поставлено, багажник захлопнут, руки наспех вытерты
тряпкой - вперед! Я выжимал из своего неумытого все, что тот мог дать, не
особенно считался с дорожными знаками, выскакивал на левую сторону, держа
наготове пригласительный билет на лощеной бумаге. Если только милиция оста-
новит, сразу под нос обезоруживающий документ: глядите, спешу не к теще в
гости, вам надлежит не осуждать, а хвалить меня за рвение. Шоссе было густо
заставлено милицией, чуть ли



Назад