44cadb38     

Тендряков Владимир - Рассказы Радиста



Владимир Федорович ТЕНДРЯКОВ
РАССКАЗЫ РАДИСТА
"Я НА ГОРКУ ШЛА..."
Давно вышли из строя старушки 6-ПК, про которых радисты говорили:
"Шесть-пэка натрет бока", - полк получил новые радиостанции. Меня назначили
начальником одной из них.
Есть начальник, есть поблескивающий ручками на панели управления бла-
городно-серый инструмент 12-РП в двух упаковках. Не хватало лишь подчинен-
ного штата.
Положено три радиста, но где там три... Сняты с полевых кухонь помощ-
ники поваров - меняй черпак на винтовку, иди в роту, окапывайся, стреляй. А
помощника-то повара радистом не поставишь.
Хожу в начальниках, оглаживаю рацию, надоедаю своему непосредственному
начальству - командиру радиовзвода лейтенанту Оганяну:
- Даешь штат!
- Обещают.
- Троих?
- Одного.
- Ну, двоих выхлопочи.
Оганян молчит, напускает на себя значительность. Он и сам хотел бы
троих. Одна надежда - Оганян упрям, авось переупрямит.
Не вышло.
У нашей землянки появляется парень - плотноват, плечист, с вылравочкой
бывалого вояки, лицо кругло и румяно, как домашний пирог, и по всему лицу
от уха до уха растеклась улыбка - предел добродушия, - чуть-чуть приправ-
ленная снисходительностью. Улыбается, словно говорит: "Не тушуйся, я - па-
рень простой..."
А я и не собираюсь тушеваться - как-никак начальник, не хватай голой
рукою.
- Солнышков.
- Что - солнышко?
- Не солнышко, а Солнышков, фамилия моя такая. Зовут Виктором.
А физиономия лучится улыбочкой. При такой физиономии да такая фамилия
- ну и ну, попадание в яблочко.
Я веду улыбчивое Солнышко к зуммерному столу.
Мы уже давно стоим в обороне, не только выкопали землянки с накатами,
не только пробили от землянки к землянке тропинки, но даже соорудили перед
своим входом такую роскошь, как зуммерный стол с ключами и гнездами для на-
ушников. За этим столом мы время от времени тренируемся в приеме и передаче
"морзянки". Время от времени, не насилуя себя, так как наш лейтенант Оганян
покладист, считает, что фронт и без того тяжел, незачем излишне обременять
солдата.
Солнышко сел за стол, покосился на ключи, но улыбается так, словно я
не будущее его начальство, а милейшая теща, собирающаяся поставить перед
ним масленые блины и забористый первачок.
- Ты работал радистом?
- Угу.
- Батальонным? Полковым? В артиллерии?
- На "катюшах".
Ответы мгновенны, никакого раздумья, взгляд прям, открыт, добр, и ни
на секунду не сходит задушевная улыбочка с полных губ.
- На "катюшах"? Ого!
О "катюшах" в окопах рассказывают легенды. И всякий, кто хоть как-то
был связан с этим таинственным и могучим оружием, сам легендарен для пехо-
тинца. Вот ведь где побывал парень, хотя я бы предпочел, чтоб он пришел ко
мне с флота или из авиации - там классные радисты.
- На ключе работал?
- На чем?
- На ключе. Вот на этой штуке.
Улыбка и ответ:
- Немного.
Не так-то просто оценить мастерство, скажем, бухгалтера или артилле-
риста. Надо долго испытывать, приглядываться, да и после этого не всегда-то
появляется твердая уверенность - справляется на "пять" или вытягивает на
"тройку". Но мастерство радиста узнается сразу и с математической точ-
ностью, стоит только задать вопрос. И я его задал:
- Сколько групп принимаешь?
- Чего?
- Сколько групп цифрового текста на слух?..
И впервые Солнышко на секунду замялся, но только на секунду, не боль-
ше.
- Сколько? Да сорок.
- Сорок!
На меня напала робость. А вдруг - да, чем черт не шутит... Лучшие наши
дивизионные радисты принимали тогда на слух двадцать три пятизначных



Назад